Стивен Коэн: историческая амнезия в Америке глубже, чем в России
Америаканский историк Стивен Коэн – автор книги «Жизнь после ГУЛАГа. Возвращение сталинских жертв». Ее русское издание вышло в Москве в издательстве «AIRO-XXI»; соиздателем книги выступила «Новая газета». В центре книги – процесс возвращения и реабилитации жертв сталинского террора, осмысление этой трагедии в свете радикальных изменений в российском обществе. В интервью автор рассказывает о книге, о своем восприятии современной России («Культу личности номенклатура предпочитает культ безличности»), а также о проблемах американской исторической политики
- Полный текст интервью: Стивен Коэн: «Новый ГУЛАГ в России невозможен» / «Голос Америки»
О книге: «Двадцать лет назад, когда мои работы начали публиковаться в России, русский интеллигентный читатель был великолепно информирован, несмотря на цензуру.
Сегодня у меня нет уверенности в столь же глубокой информированности молодого поколения. Я говорю о поколении 20-30-летних, сформировавших после «перестройки», черпающих сведения из столь ненадежных источников, как телевидение и Интернет. Их знание истории фрагментарно. Вместе с издателем и переводчиком мы решили ничего не выбрасывать. Поэтому это буквально тот же текст, что и в американском издании, плюс немного нового материала»
О России: «Сегодня Россия переживает третью фазу общенациональной дискуссии о роли и значении Сталина. Первая развернулась после 20-го съезда партии, после развенчания Хрущевым «культа личности». Вторая вспыхнула в эпоху Горбачева, вместе с приходом гласности. Я жил в то время в России, это было поразительно.
Сегодня дискуссия о Сталине связана с идеями модернизации страны. Можно ли двигаться вперед, не выработав четкого отношения к Сталину? Одни говорят: нам сегодня нужен Сталин, имея в виду сильную руку и железный занавес. Другие, в том числе президент Медведев, полагают, что прогресс несовместим с террором против собственного народа. Налицо спор: модернизация по Сталину против демократической модернизации. Скажу честно: простой народ имеет очень мало власти в России. Имеет значение позиция элит. А элитам не нужен террор. Они знают, что репрессии могут быть направлены и против них. Культу личности номенклатура предпочитает культ безличности. Номенклатура хорошо усвоила урок сталинизма – никогда не позволять лидерам становиться вождями и деспотами.»
Об Америке: «Я не сравниваю ГУЛАГ с рабством. Поясняю. Здесь очень личные мотивы. Я вырос в штате Кентукки, в городе с абсолютной сегрегацией. Положение афроамериканцев было ужасным, что было прямым наследием рабства. Сегодня положение значительно улучшилось. Достаточно сказать, что Обама стал президентом. Но я продолжаю считать, что Америка еще окончательно не избавилась от своего первородного греха – рабства.
Представьте: в Америке очень мало памятников миллионам и миллионам чернокожих рабов, умерших от притеснений и насилия. Ни Конгресс США, ни один американский президент не принесли официальных извинений афроамериканцам за рабство. <…>
Теперь перенесемся в Россию. Меня чрезвычайно огорчают бесконечные призывы к Кремлю американской стороны, от президента до первых полос газеты «Нью-Йорк таймс», избавиться от сталинского наследия, извиниться за него и рассказать всю правду. Но, во-первых, Горбачев уже это сделал. И Ельцин это сделал. И извинялись несколько раз, и реабилитировали жертв террора, и опубликовали множество документов. Но мы этого не сделали в отношении рабства. Во-вторых, по данным «Мемориала», в России возведены двести-триста небольших памятников жертвам сталинского террора. Президент Медведев поддержал проект строительства общенационального мемориального комплекса.
Я езжу по американскому Югу и вижу в каждом городе памятники генералам и солдатам армии Конфедерации эпохи Гражданской войны. Но совершенно нет памятников жертвам рабовладения. Это я называю исторической амнезией. И она глубже и вызывает большую тревогу в Америке, чем в России».
